Голод в Казахстане 1919-1922 годов — голод в Казахстане, где количество погибших неизвестно, так как советская пропаганда всячески искажала истинные масштабы, которые могут составлять и 5 тысяч человек и 50 тысяч человек. По рассказам старожилов, голод в степи был, но массовой гибели не было. Целью сокрытия истины в советской пропаганде было стремление выставить кочевые народы, как подверженные легкой гибели без особой на то причины и показать, что и до искусственного голода 1932-1933 годов казахи сами по себе массово гибли.
«Малый Октябрь» — название политического курса властей Казахстана в 1926—1927 годах, направленное на подавление местных национальных элит и усиление административного и экономического контроля над жизнью республики.
Голод в Казахстане 1932-1933 годов — часть общесоюзного голода 1932—1933 годов, вызванного официальной политикой «уничтожение кулачества как класса», коллективизацией, увеличением центральными властями плана заготовок продовольствия, а также конфискации скота у казахов. В Казахстане также принято называть этот голод «голощёкинским».

Причиной голода 1919-1922 года в Казахстане был неурожай в разных регионах страны, в связи с чем Советской властью в январе 1919 года была повторно введена так называемый продразвёрстка в рамках действовавшей с 13 мая 1918 продовольственной диктатуры. Но по продовольственной развёрстке отнимался лишь излишек пшеницы, а у казахов оставался скот, который окончательно был отобран в 1930-1933 годах. Данная продразвёрстка была частью комплекса мероприятий, известных как политика «военного коммунизма». В заготовительную кампанию 1919-1920 хозяйственного года продразвёрстка также распространилась на картофель, мясо, а к концу 1920 года на все сельхозпродукты. Учитывая, что в Казахстане хлеба было мало, то большой упор был сделан на конфискацию скота у местного населения. Эти методы изъятия, воспринимались местным населением как грабёж и вызывали рост недовольства, переходившего в вооружённые выступления.

Казахи равнодушно отнеслись как к свержению монархии в России, так и к установлению советской власти. Большевики не имели никаких рычагов влияния на кочевое население, которое, в отличие от рабочих центральных районов страны, не зависело от централизованной системы распределения товаров. Основной опорой большевиков в регионе была немногочисленная казахская интеллигенция, поддерживавшая их только на условиях широкой автономии и невмешательства в традиционную жизнь республики.

Всё это давало основания центральным властям считать Казахстан потенциально малолояльной территорией, а его руководство — ненадёжным. Определённые виды у центральных властей имелись и на поголовье скота, находившееся в руках казахских родов и племён.

Осенью 1925 года первым секретарём ЦК Компартии Казахской АССР стал Филипп Исаевич Голощёкин. Голощёкин сразу после прибытия в Кызыл-Орду в декабре 1925 года, выступая на партконференции в Кзыл-Орде, заявил, что до его приезда в Казахстане никакой советской власти не было. Своим заявлением он подчеркнул, что ему придётся начинать с нуля, перечёркивая работу, проделанную его предшественниками. К 10 юбилею Октября в 1927 году Голощекин выступает автором двух работ - "Казахстан на Октябрьском смотре" и "10 лет Советской власти", где он обосновывает необходимость эскалации чрезвычайщины, буквально призывая к идее гражданской войны в ауле. На имя Сталина Голощекин отправил письмо, где обосновал необходимость проведения в Казахстане "Малого октября" и испрашивал "добро" на это мероприятие.Следующим шагом должен был стать массовый переход казахов к оседлости.

Прекрасно понимая, что эти мероприятия вызовут протест со стороны местных коммунистов, Голощёкин начал борьбу с теми партийными лидерами, которые не разделяли его взглядов. Уже в 1926 году в «национал-уклонизме» были обвинены С. Садвакасов и С. Ходжанов. Гонениям подверглись С.Сейфуллин, М. Мурзагалиев, Н. Нурмаков, С. Мендешев и другие. Многие из них были удалены из республики. Ж. Султанов, С.Садвакасов, Ж. Мынбаев сняты со своих постов. В конце 1928 года начались первые аресты политических противников Голощёкина, в числе которых были А. Байтурсынов, М. Дулатов, Ж. Аймауытов, М. Жумабаев. Через два года были арестованы М. Тынышпаев, Ж. Досмухамедов, X. Досмухамедов и многие другие представители национальной интеллигенции.

После устранения оппозиции в Казахстане, Голощёкин начал претворение в жизнь своей идеи «Малого Октября». В 1926-1927 годы был осуществлён передел пахотных и пастбищных угодий. Около 1 миллиона 360 тысяч десятин сенокосов и 1 миллион 250 тысяч десятин пашни были отобраны у зажиточных хозяйств и переданы беднякам и середнякам. Следующим шагом стала конфискация имущества крупных баев-скотовладельцев с выселением их вместе с семьями за пределы районов проживания.

В результате проведения Голощёкиным «Малого Октября» у людей отнимали скот, имущество и под конвоем милиции направляли в «точки оседания». Скот, реквизируемый для нужд колхозов, забивали так как невозможно прокормить собранное в одну точку большое количество скота. К 1933 году из 40 миллионов голов скота осталась примерно одна десятая часть. От таких действий в первую очередь пострадали казахи, так как скот был единственным источником пропитания казахов.

В результате с 1931 по 1933 год умерло от 1 миллиона человек до 2 миллионов 400 тысяч человек. Погибло и покинуло Казахскую АССР 48% коренного населения. Так, согласно всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года, число людей, владеющих киргиз-кайсацким языком, насчитывалось 4084139 человек. Для сравнения говорящие на сартском и узбекском языках, которые стали в дальнейшем узбеками насчитывалось не более 2 миллионов человек (без учета населения Хивинского ханства и Бухарского эмирата, численность населения которых составляла около 3 миллионов человек. Современная численность узбеков в среднеазиатском регионе составляет более 25 миллионов человек). Часть казахов вынуждены были откочевать в Китай, Монголию, Ирак и Афганистан. Согласно некоторым источникам численность казахов, совершивших такие вынужденные миграции оценивается в более, чем в 1 миллион 30 тысяч человек.

Насильственные меры по переводу кочевников на оседлый образ жизни, привели к огромным жертвам в основном среди коренного населения. Первым мероприятием в Казахстане были конфискации, проведённые весной 1920 года и осенью 1928 года. Под конфискацию попали 11260 хозяйств, у которых было отобрано около 4 миллионов 500 тысяч голов скота (в переводе на крупнорогатый скот). По признанию самого Голощёкина, первоначальные замыслы Советской власти были вдвое масштабнее, и собирались конфисковать хозяйства до 15 миллионов голов (все далее, согласно статистике 1920-х годов, в переводе на крупнорогатый скот), и общее число голов скота для «баев-полуфеодалов» должно было составить не более − 150 голов на хозяйство. Но при утверждении плана конфискации 1928 года в ЦК ВКП(б) и ВЦИК СССР, Голощёкина одернули, и установили другие нормы: 400 голов — кочевые хозяйства, 300 — полукочевые, 150 — оседлые. Общее число хозяйств подлежащих конфискации снизилось до 7000. Все народы в Казахстане пострадали от голода, но более всего, кочевой, коренной народ. Эта катастрофа подтверждается советскими источниками — так по официальным данным, согласно Всесоюзной переписи населения СССР 1926 года, казахов в СССР насчитывалось 3968289 человек, а уже в 1939 году согласно переписи 1939 года — всего 3100949 человек. То есть за период с 1926 го по 1939 годы после Голощёкинских реформ численность казахов на территории СССР по официальным данным сократилось на 867340 человек.

Казахи только к 1970 году восстановили свою численность на уровне 1926 года. До голода в Казахстане в 1932—1933 годах в Казахстане в этническом отношении доминировали казахи, но только в 80-х годах ⅩⅩ века они достигли пропорционального соотношения в 50% по отношению к другим этносам в Казахстане. От действий Голощёкина пострадали и другие этносы, проживающие в Казахстане: русские, украинцы, узбеки и т. д. По некоторым сведениям, около 200 тысяч человек некоренной национальности погибло от политики Голощёкина. На освободившиеся места, в период 1938-1944 года переселялись ссыльные и депортированные народы: ингуши, чеченцы, крымские татары, корейцы, балкарцы, курды, турки, карачаевцы, немцы. Также население Казахстана пополнилось узниками ГУЛАГа, КАРЛАГа, АЛЖИРа и т. д., часть которых остались жить впоследствии в Казахстане.

Положение с голодом усугублялось ещё жёстким подавлением частями Красной Армии любой попытки избежать грабительской конфискации всего скота, которое являлось единственным источником пропитания и выживания. Когда некоторые аулы и роды (племени) начали откочевывать, пытаясь спасти свой скот, то на их перехват посылались отряды Красной Армии для ареста и уничтожения якобы «басмаческой банды». На самом деле, это были обычные мирные люди, которые пытались спастись от голода в населённых казахами территориях сопредельного Китая, или пытавшиеся мигрировать в те регионы РСФСР, где голода не было. Попытки остановить переселение в Китай активно предпринимали и пограничники, пытающиеся остановить их пулемётным огнём. Но, тем не менее сотни тысяч казахов (иногда аулами целиком) смогли бежать от голода в Китай.