Никольская улица  

Улица Никольская, находящаяся в центре Москвы, довольно многолюдна. Ежедневно сотни людей, желающие посетить Кремль, погулять по Красной площади и Китай-городу или сделать покупки в ГУМе, проходят по этой улице. Большинство из них поглощены своими заботами и не задумываются о том, что идут по одной из древнейших улиц, которая и в наши дни частично сохранила свой неповторимый облик, сформированный на протяжении столетий. Эта улица в Китай-городе, была «сосредоточием православного духа, книжной мудрости и академической учености».

Еще в домонгольское время будущая Никольская являлась частью Великой Владимирской дороги, соединявшей Москву с Ростовом Великим, Суздалем и Владимиром. В 1292 году на ней был основан Богоявленский монастырь, а в 1390 году недалеко от него встал другой монастырь — Николы Старого. В конце XV века, этот отрезок Владимирской дороги стал называться Сретенской улицей по располагавшемуся рядом Сретенскому монастырю. В середины XVI века улица получила название Никольской (по монастырю Николы Старого). Вдоль нее, постепенно возникали боярские усадьбы и дворы служилого люда. Жить на Никольской стало престижно; к моменту построения Китайгородской стены Никольская улица уже славилась своими монастырями, торговыми рядами и домами знатных бояр.

Подобно другим улицам Китай-города, Никольская была извилистой, с узкими и кривыми переулками, ее ширина никогда не была постоянной и нередко сильно уменьшалась за счет захвата уличной территории под дворы и торговые лавки. Большая скученность деревянных строений и недостаточная ширина улицы привели к тому, что в большой майский пожар 1626 года она выгорела полностью. Пожары были, без сомнения, главным бедствием Москвы. Городские власти пытались бороться с пожарами путем устройства широких улиц, переулков и тупиков, расчисткой их от незаконных торговых мест, понижения высоты деревянных построек и, наконец, запрещения их строительства в Кремле и Китай-городе. Если пожар все же вспыхивал, то специальные стрелецкие караулы для предотвращения его распространения быстро ломали все дома вокруг того места, где загорелось, не считаясь с протестами их хозяев. Но за некоторую плату стрельцы могли попытаться спасти дом, оградив его от огня мокрыми щитами, обтянутыми бычьей кожей.

За свою историю Никольская улица горела не раз, но всегда быстро отстраивалась заново. В Китай-городе центром торговли и деловой активности были торговые ряды, протянувшиеся по восточному краю Пожара (так в конце XVI — первой половине XVII веков называлась Красная площадь), между Никольской, Ильинской и Варварской улицами. В 1596 году вместо сгоревших деревянных торговых рядов были построены каменные. Новые ряды сразу стали достопримечательностью Китай-города и привлекали внимание иностранных гостей. Один из них оставил такие записи: «Какой везде порядок, для каждого рода товаров, для каждого ремесленника, самого ничтожного, есть особый ряд лавок». На Никольскую улицу выходили Седельный, Котельный, Железный верхний, Коробейный и Серебряный ряды, между которыми были проходы. Остатки этих рядов с их глубокими двухъярусными подвалами были обнаружены и обследованы во время строительства нового здания Верхних торговых рядов (будущего ГУМа). С утра до вечера вокруг рядов шла торговля. На Никольском крестце и Красной площади стояли скамьи и шалаши, деревянные прилавки, кадки и бочки квасников. Московские купцы и приезжие торговые люди деловито прохаживались между прилавками, приценяясь к товарам, иногда останавливаясь у бочек попить кваску, а заодно и обсудить между собой последние слухи и новости. Вокруг покупателей суетились продавцы, купеческие приказчики зазывали посмотреть заморские товары и попробовать дорогие вина, прикупить чего попроще на каждый день. Жители слобод предлагали овощи и поделки, дешевые, но необходимые на каждом дворе. Были здесь же и «разбойные люди», сбывавшие краденый товар, бродили многочисленные московские нищие, жалостливо выпрашивая подаяние.

Но особенно славилась Никольская улица своими иконными лавками, за что даже заслужила в народе название «священной улицы». Иконный ряд был одним из самых больших в Китай-городе, во второй половине XVII века он, начинаясь у Богоявленского переулка, доходил до Печатного двора. Здесь можно было приобрести или заказать любую икону. Активная торговля иконами почти по всей Никольской улице показалась властям неприличной, и ее было решено упорядочить. В связи с этим в 1681 года был издан указ, запрещавший подобную торговлю: «В Китай-городе на Никольском крестце в иконном ряду торговым людям святых икон на промене не держать и иконному ряду впредь в том месте не быть». Торговля иконами с Никольской улицы была переведена на Печатный двор, где специально для этого было построено десять лавок.

В XVI — XVII веках за торговыми рядами и монастырями по Никольской улице стояли дворы знатнейших людей того времени: бояр Салтыковых, Шереметевых, князей Воротынских, Буйносовых-Ростовских, Хованских, Хворостининых, Телятевских, Трубецких и др. Улица была замощена бревнами, покрытыми поверх досками; улиц с таким замощением было всего две-три на весь город.

Дворы обычно передавались по наследству от отца к сыну, но частенько они по разным причинам переходили в руки посторонних лиц. Так, например, двор Федора Телятевского государевым указом был закреплен за боярином Михаилом Михайловичем Салтыковым и его сыном Петром. Салтыков был хорошо известен в Москве. Он внес немалую лепту в украшение Никольской улицы, вписав несколько новых страничек в историю ее церковной архитектуры. В 1634 году на его деньги был построен деревянный придел во имя Успения Пресвятой Богородицы к церкви Святых Жен Мироносиц. Позднее его попечением на месте этой деревянной была возведена каменная церковь Жен Мироносиц и рядом с ней уже самостоятельная, также каменная церковь Успения Пресвятой Богородицы. Кроме этого, в 1639 году Салтыков восстанавливает каменную церковь Троицы в Старых полях, сгоревшую в один из пожаров.

Широкий размах церковного строительства объяснялся еще и тем, что каждый боярин считал необходимым иметь на своем дворе собственную домовую церковь, которую могли бы посещать его домочадцы, особенно женщины, которым вообще предписывалось меньше появляться на улице, а уж если и направляться куда, так только в сопровождении боярских слуг. Кроме домовых церквей, по московским улицам стояли приходские церкви, к которым было приписано определенное количество дворов.

Множество церквей и монастырей заключала в себе Никольская, но, без сомнения, одним из наиболее известных и почитаемых москвичами храмов был Казанский собор, возведенный к осени 1636 года в память об освобождении Москвы от иноземных захватчиков в 1612 году. Его построение добавило Никольской улице еще больше парадности и значимости. Икона Казанской Божией Матери считалась защитницей и охранительницей новой царской династии, поэтому внимание властей к храму всегда было высоким. Об этом свидетельствуют богатые вклады в собор, сделанные царской семьей и знатными боярами. Крестные ходы и церковные службы в соборе часто совершались самим патриархом. Казанский собор занимал очень выгодное положение — в начале Никольской улицы, на краю Красной площади у торговых рядов, поэтому ежедневно его посещало большое количество горожан и приезжего люда, что, без сомнения, увеличивало его популярность.

Просыпалась Никольская улица, как и вся Москва, рано. С первыми петухами за высокими заборами княжеских и боярских усадеб начинался рабочий день. Заспанные слуги отпирали двери погребов и ледников, чтобы до пробуждения хозяина достать оттуда круто посоленной икры, ощипанных еще с вечера цыплят и прочих разносолов, да про жбан холодного кваса не забыть. А если чего не хватит — торг рядом, а там товаров видимо-невидимо, без покупки не уйдешь. Постепенно улица оживлялась. Через Никольские ворота, крестясь на часовенку с иконой Владимирской Богоматери, в Китай-город по своим делам спешил московский люд — кто на рынок, кто на службу, а иные просто без дела послоняться по центру столицы. На Никольской улице к ним присоединялись те, кто жил «из оброку» на территориях монастырей и церквей. Как правило, это были люди небогатые — сапожники, портные, квасники, мелкие служащие московских приказов, боярские слуги, приезжие иноземцы и церковные сторожа.

В старину Никольская улица была широко известна не только своими монастырями и церквами, но и важнейшими государственными учреждениями. На ней стоял государев Печатный двор, для которого выстроили специальное здание справа от Никольского монастыря. Здесь, получив благословение митрополита, Иван Федоров и Петр Мстиславец напечатали первую книгу — «Апостол». Но не суждено было первопечатникам спокойно работать в Москве. В народе пошли слухи о том, что не кто иной, как нечистая сила помогает им печатать книги. Все это привело к тому, что Федоров и Мстиславец были вынуждены бежать в Литву. Об этом долго вспоминали и судачили старожилы Никольской улицы, кто жалея, а кто осуждая печатных мастеров за их начинания. Во время пожара 1571 года, испепелившим всю Москву, Печатный двор выгорел полностью, и после этого книгопечатание было возобновлено уже в царствование Федора Ивановича и продолжалось до 1612 года. При Михаиле Федоровиче книгопечатание было перенесено в Кремль, а на Никольской улице началось строительство нового здания для Печатного двора. Новое здание было каменным, двухэтажным, с подклетом и погребами. Книгопечатная деятельность продолжилась и мастером Василием Бурцевым была выпушена первая книга учебная книга «Азбука», пользовавшаяся большим спросом у москвичей.

К 40-м годам XVII века количество выпускаемых изданий настолько возросло, что возникла необходимость строительства новых зданий на территории Печатного двора. Новый каменный двухэтажный корпус выходил фасадом на Никольскую улицу. Старое здание у Китайгородской стены приспособили под кладовую для хранения типографских принадлежностей и книг. Последняя перестройка здания была произведена в 1811 — 1814 годах. Новое здание, выстроенное в готическом стиле, занимала Синодальная типография, а с 1930 года в нем расположился Историко-архивный институт (ныне университет).

В 1680 году при Печатном дворе открылась греческая школа. Преподавал в ней русский иеромонах Тимофей, долгое время проживавший в Палестине на Афоне и хорошо знавший латинский и греческий языки. Помощником ему был назначен грек Мануил. Вначале в школе было 30 учеников, изучавших греческий язык, но со временем общее число учащихся достигало 232 человек. Ученики набирались из разных сословий. Основной задачей школы было готовить мастеров печатного дела, чтобы «при смотрении и правлении книжному делу были в типографии люди ученые и православные, а не невегласи и раскольники».

Самым знаменитым учебным заведением России долгое время было училище в Заиконоспасском монастыре, стоящем на Никольской улице. Это училище вошло в историю как Славяно-греко-латинская академия. В 1687 году туда были переведены и ученики из греческой школы. Первыми преподавателями академии стали ученые-греки братья Иоанникий и Софроний Лихуды. Они преподавали все предметы, они же составляли учебники.

Славяно-греко-латинская академия не была исключительно церковным учебным заведением. Она должна была давать широкое общее образование — «учение свободных мудростей, ими бо возможно обрести свет разума души». В академию охотно поступали представители высшей московской знати. Кроме греческого учащиеся обучались и латинскому языку, знание которого как международного было важно для чинов Посольского приказа.

Братья Лихуды были одними из немногих греков, связавших свою судьбу с Москвой. В основном приезжавшие греки были церковнослужителями, собиравшими в России милостыню на нужды своих церквей и монастырей. С середины XVI века на Никольской улице около Богоявленского монастыря находилось подворье Афонского Введенского монастыря, где останавливались приезжавшие с Афона монахи. В 1653 году, в благодарность за привезенную ими точную копию с иконы Иверской Богоматери, греческому Афонскому Иверскому монастырю был отдан Никольский монастырь, где грекам разрешалось проводить службы на родном языке. Связан с греками был и последний из трех больших монастырей, находившихся на Никольской улице, — Богоявленский. В нем в 1685 году кратковременно преподавали и жили братья Лихуды до перевода их в Заиконоспасский монастырь.

Кроме греков на Никольской имели дворы и другие иностранцы. В начале XVII века справа от Печатного двора располагался двор «немчина» Белоборода, на его территории был Посольский двор, где жили торговые немцы. А еще раньше сюда был поселен Асманак — сын сибирского царя Кучума. Стоял на Никольской улице и Земский двор, знакомый каждому москвичу. В обязанности его служащих входило поддержание порядка в городе, борьба с пожарами, сбор налогов на городские нужды, мощении улиц и содержании их в чистоте. Рядом со зданием Земского двора стояли лошади извозчиков, обслуживающих его нужды, а перед ним находилась Конная площадь или Съезжий двор.

У Никольских ворот Китай-города в 1693 — 1694 годах была построена церковь Владимирской Богоматери (снесена в 1934 г.). По ней Никольские ворота в XVIII — ХХ веках назывались Владимирскими. В XVIII веке по Никольской улице совершались торжественные въезды царей в Кремль, для чего у выезда с нее на Красную площадь строились триумфальные ворота.

Самым большим владением на улице в XVIII веке был двор князей Черкасских, в 1743 году перешедший к графам Шереметевым. В 1808 году дом был продан книгопродавцу Глазунову, переведшему сюда свою торговлю со Спасского моста. Его магазин был крупнейшим в Москве; при нем существовала также библиотека для чтения. В книжной лавке Глазунова бывали многие писатели, а в старой Москве Никольскую улицу нередко называли «улицей просвещения». В первой четверти XIX века на ней и на прилегающей к ней Новой площади помещалось 26 книжных лавок из 31 существовавшей в то время в Москве.

Во второй половине XIX — начале XX веков Никольская улица сделалась одной из главных «деловых» улиц Москвы. На ней были расположены «амбары» (конторы) виднейших фабрикантов Москвы и Подмосковья, гостиницы и подворья. Здесь же стоял первый русский ресторан «Славянский базар». В нем в июне 1898 года состоялась встреча К.С.Станиславского с В.И.Немировичем-Данченко, на которой был решен вопрос об основании Московского Художественного театра.

Никольская улица часто менялась, но всегда отличалась от других улиц Москвы своим неповторимым обликом. Церкви и монастыри перестраивались, на месте одних построек возводились другие, боярские усадьбы постепенно переходили в руки богатых купцов, но Никольская всегда оставалась одной из любимейших москвичами улиц, славной своей историей.

После октября 1917 года Никольская стала называться Улицей 25 Октября в память того, что артиллерийским обстрелом с этой улицы были разбиты Никольские ворота, и Красной гвардии была открыта дорога в Кремль. Началась новая эпоха, в которой не нашлось места многим уникальным историческим памятникам, украшавшим Москву на протяжении столетий. В 20-е годы были разобраны Красные ворота, церкви на Лубянке, Мясницкой и в Охотном ряду, после чего пришла очередь Никольской улицы.

Летом 1928 года к реставраторам с предложением о сносе церкви Успения Божией Матери на Чижевском подворье и Никольского собора обратилось Управление зданиями Московского военного округа. Это предложение, к счастью, тогда не получило поддержки, и храмы были сохранены. В следующие годы были закрыты Заиконоспасский и Казанский соборы, в которых разместились общество «Техника — массам» и столовая для работников метрополитена. В 1929 году была разрушена Иверская часовня, а в конце 1930 года снесли красивейшие двухпролетные Воскресенские ворота, мешавшие проводить парады и шествия на Красной площади. В 1934 году приступили к уничтожению собора Николо-греческого монастыря, а в 1936 году был разобран Казанский собор. Не пожалели и древней Китайгородской стены, ее разрушили почти полностью вместе с башнями. Полученный при этом кирпич пошел на строительство метро.

Уничтожение многих архитектурных памятников привело в значительной степени к обезличиванию Никольской, она во многом утратила свою неповторимую индивидуальность, которой так славилась раньше. Лишь в последние годы были предприняты шаги по возвращению Никольской улице ее облика. Так, на старых фундаментах были восстановлены Казанский собор и Воскресенские ворота с Иверской часовней.

И все же многовековая история Никольской улицы не канула без следа. Многочисленные остатки ее былой материальной жизни покоятся под асфальтом и застройкой XIX — XX вв., храня множество тайн, разгадать которые еще предстоит исследователям.