Пушкинская площадь

Если Красная площадь - сердце Москвы, Пушкинская - нечто вроде мозгового центра или солнечного сплетения, источник импульсов и фантазий. Недаром станции метро - а их здесь три - носят имена писателей, за исключением «Тверской», до 1991 года бывшей «Горьковской». Если гулять по Москве, то лучше отсюда. Если не придумать чем заняться, встречаться лучше опять-таки «на Пушке»: что-нибудь да и придет в голову. Не приходит? В кинотеатре имени площади, с самым большим экраном в Восточной Европе, каждый фильм - городская премьера. Назначая встречу у фонтана, уточняйте: их тут два. Один за памятником Пушкину, другой в сквере перед «Макдоналдсом».

Прежде площадь называлась Страстной, по монастырю, основанному в середине xvii века. Страстной монастырь был уничтожен в 1937 году, и площадь назвали в честь памятника Пушкину скульптора Опекушина, установленного в 1880 году, - тогда еще на другой стороне Тверской, напротив монастырских ворот. Первый памятник поэту был громко расхвален прессой, однако Льву Толстому, например, не нравился. Граф считал позу, в которой Опекушин изобразил Пушкина, лакейской и памятник называл презрительно: «Кушать подано».

Облик бывшей Страстной целиком принадлежит 20 веку - с тех пор как двадцать пять лет назад ради нового здания «Известий» снесли известный всей Москве дом генеральши Римской-Корсаковой, который послужил Грибоедову прототипом дома Фамусова (и весь типаж «Горя от ума» Грибоедов также списал с генеральшиного окружения). В 1950-м, 4 августа, бронзового Пушкина поставили на тележки и перекатили на обновленный постамент, испещренный свободолюбивой лирикой. Ежегодно 6 июня, в день рождения поэта, по традиции, заведенной в начале прошлого века Брюсовым и восстановленной в хрущевскую «оттепель», поклонники устраивают около памятника всенощные бдения с чтением стихов и возложением цветов. В остальные дни позеленевший задумчивый гений - самый скромный гражданин суетливой Пушки, привечаемый разве что гадящими ему на голову голубями. У постамента назначают свидания, но самого Пушкина мало кто замечает. Накануне самоубийства, ночью, к памятнику приходил Маяковский и выглядывал что-то в его бронзовых глазах.